Май 20 2015, 10:33

«Культурный слой» Брянска ночью оторвался в музеях города

DSC_0318.NEF

По «Ночам» в брянских музеях становится всё лучше. Хотим поделиться. Отчёт о «Ночи в музее» — в буквах и картинках — «Брянская улица» представляет не с пылу с жару. Нагулялись. Отошли. Осмыслили. Намонтировали. Собрали все возможные свидетельства очевидцев. А если кто-то увидел что-то ещё – допишем вместе в комментариях?

Варган и дикая природа

Музыка и кино стали главными героями программы «Ночи в музее» в Городском выставочном зале. С 17:00 здесь звучали фортепиано и скрипка. Посетители осматривали фотовыставку «Дикая природа России» российского фотографа-анималиста Валерия Малеева и экспозицию народного фотоклуба «Брянская улица» «Память сильнее времени», посвященную 70-летию Победы в Великой Отечественной войне. За порядком в зале следили два вооруженных солдата-красноармейца 40-х годов XX века, с которыми можно было сфотографироваться на память.

В семь вечера на сцену вышел коллектив «Небо сквозь ветви»: скрипку, волынку и гитару континентальной Европы зрители приняли на ура.

DSC_0269.NEF24 минуты социальной драмы «По краю дороги» брянских режиссеров Меркульевых вызвали бурное обсуждение. Внимание и интерес публики, по признанию одного из братьев, Николая, вдохновили и обрадовали создателей фильма.

Акустический проект Sky Water завершил программу. Флейты, барабаны и варган в сочетании с медитативной «электроникой» сопровождались видеорядом с живописными красотами природы. В полутьме зала кто-то погружался в медитацию, кто-то засыпал…

Девушки с веслом и радиолы

В «Парк культуры и отдыха советского периода» сотрудники Брянского областного художественного музея пригласили брянцев не случайно. Дело в том, что культурное учреждение изначально было создано как музей советского искусства. Вот и вернулись к корням, тем более что греха таить — тема в тренде.

На площадке перед музеем посетителей встречал автосалон «Ретро». Небольшая выставка автомобилей сошла с конвейера советского автопрома в 50-70 годах ХХ века.

У входа в «Парк» разместились скульптуры «Девушки с веслом» и «Пионерки с горном». Скульптуры живые, посетители оживлённые — так что процесс разглядывания был взаимным, с эмоциями.

Коллекционер Ефим Ванчугов из радиоклуба «Секция коротких волн» разрешил посмотреть и потрогать ламповые «гаджеты» середины ХХ века.

В «Клубе путешественников» культурные брянцы смотрели фильм о путешествии по Пустыне Гоби и слушали рассказ об острове Мадагаскаре.

В шахматном павильоне «Белая ладья» можно было сыграть партейку, а на площадке «Кривого зеркала» получить портретный набросок «с натуры». Замечательные, но уже прочитанные кем-то книги поодиночке или группами отправлялись в «Библиотеку путешествующих книг» — для следующих читателей.

Всю «ночь» в музее работал «Спецбуфет». Глазированные «рыбки», ореховые кольца, кексы, пломбир в стаканчиках и лимонад посетители размели настолько быстро, что вспомнилась почти забытая эпоха дефицита.

Ближе к ночи «Общесоюзный дом моделей» с триумфом показал более 15 моделей одежды образца 1960-70-х годов. Элегантность моделей, рукоплесканья и возгласы зрителей, вспышки фотоаппаратов… Все было по-настоящему — даже выкройки платьев, что раздавали всем желающим после показа.

Поэты и их поклонники собрали неожиданно большую аудиторию.

Порадовал зрителей небольшим представлением студенческий театр МПСУ «Театр + тени = театр теней».

Из-за холода и ветра не выступил духовой оркестр, передвижной планетарий «Чудеса под куполом» и «Зеленый театр». Впрочем, это была не последняя ночь в музее: всё ещё впереди!

Динабургский, гений места

Валентин Давыдович Динабургский отдал около сотни личных вещей в историко-краведческий музей Брянского района. И саму «Ночь в музее» провёл именно там — в окружении родных вещей, «у себя дома». Честно говоря, если бы не это событие, брянские, не чуждые культуры люди, так бы и не узнали, что посёлок Мичуринский знаменит не толко незаконными свалками, но и уникальным музеем…

Четыре десятка людей, заполнивших уютный зал — почти все до одного — друзья Валентина Давыдовича. Целая делегация прибыла из Стеклянной Радицы, где он когда-то жил. Расспрашивали Динабургского, читали его стихи, пели песни, говорили о его картинах, выставленных в музее, расказывали ему всё, что хотелось расказать.

На два с лишним часа «тот, кто отвечает за мой слух и зрение» — выражение Динабургского — вернул ему чуть больше способности видеть и слышать, чем обычно. Наверное для того, чтобы 93-летний красивый человек смог воспринять столько любви, тепла, благодарности, сколько ему принесли в эту ночь.

Вспоминали парк Толстого: что было, что стало. У каждого есть что вспомнить. До школы мама водила меня по парку не просто так — объясняла мне историю деревянных скульптур, легенду каждой. А тут по парку едет дедушка на велосипеде. Необычный, свободный какой-то.

— Мама, а это что за дедушка?

— А это самое главное в парке, это Динабургский — он весь парк и сочинил!

Это было более 30 лет назад…

Вечер закончился, и к Динабургскому подошёл каждый, кто сидел в зале. Обязательно нужно было его обнять. Да и он хотел рассмотреть всех «лицом к лицу» — иначе уже не получается. Сторонних наблюдателей не было — все в орбите Валентина Давыдовича.

Третьеклассник Платон Фокин из 4-й школы за лучшее исполнение стихотворения получил книжку из рук автора, с его автографом:

— Платон, сколько тебе лет?

— Мне девять!

— А мне девяносто!

Так хорошо его слушать. Может такой был Лев Толстой? Нет, наш круче!

Горел и грел, любил, воевал, постоянно что-то создавал, со многим смирялся, кроме самого главного, с чем мириться нельзя. И никогда не носил войны в душе — откуда ей там взяться?

Мы не такие. От его света режет глаза, привыкшие к сумраку, выискивающие где враг, где укрытие, где замешкалась жертва. Как он прожил все 93 года в любви и согласии с миром и  тем, кто за него отвечает?

Валентин Давыдович, живи пожалуйста ещё до ста лет хотя бы!

Ночь в Овстуге: от Пеленягрэ до Маллармэ

Начнём с того, что программа, запланированная в парке, свернулась из-за погоды и плавно переместилась в залы музея. Однако истинных музеелюбов ветр и хлад не смутили: залы наполнились посетителями, в основном, пожаловавшими из Брянска и Жуковки. Экскурсоводы повели группы, загадочно приглушая голоса с наступлением сумрака. В денисьевском зале пары ходили взявшись за руки и приседая на счёт три: здесь шёл урок бальных премудростей. Переступив пару порогов, гости попадали в объятия рукодельниц, мастеривших из лоскутков всяких разных кукол. Тут же скрипело гусиное перо: чистописание в чернильно-перьевом варианте, как оказалось, имеет особый потаённый смысл.

DSCN9942И всё бы шло своим чередом, да соткался буквально из воздуха в дверном проёме некий субъект в бейсболке и джинсах, смутив атмосферу умиротворённой таинственности. Через несколько минут музей огласили нестройные звуки: то ли пения, то ли блеяния, то ли завывания. Заинтригованная публика потянулась в фойе. Здесь с микрофоном в руках обнаружился тот самый субъект, выбивавшийся из общего ряда. Внешность его публике ничего не говорила, а вот фамилия срезу идентифицировала столичную знаменитость. Виктор Пеленягрэ – автор текстов знаменитых на всю страну песен, исполняемых первыми российскими звёздами, вроде Николая Баскова, Лаймы Вайкуле и иже с ними.

Автору стихов не обязательно уметь петь, к тому же песни и так у всех на слуху. «Акапулько – а-я-я-я» — летели звуки, ударяясь в статуи Тютчева и его родственников. «Шарманка» — самая, пожалуй, целомудренная из прозвучавшего, в устах автора, делавшего загадочные пассы большим пальцем левой руки, приобрела призывный характер. Такого стены музея ещё не видели.

Озадаченная публика не решалась пускаться в пляс под суровыми взглядами с портретов, хотя некоторые были не прочь предаться вакхическим настроениям. Другие предпочли переждать «звёздный дождь» в подвальном этаже, где ныне располагается класс из школы Бирилёвой. В основном здании школы ремонт. Старинная школьная мебель и предметы быта аккуратно расставлены в одном их залов цоколя.

Когда хиты отгремели, гости музея потянулись наверх. На втором этаже было анонсировано воскрешение музейной физгармонии. И оно случилось, но прежде звучали романсы под гитару, а затем старинный инструмент был расчехлён и подарил миру фантасмогоричные звуки. По рядам пронеслось «Ах». Но долго инструмент «дышать» пока не может, слабоваты стали от лет меха.

Зрители снова потянулись в фойе, уставши от сюрпризов. Вернуться в умиротворённое состояние помогли песни местных жуковских самодеятельных артистов. Переливчатым колокольчиком звучал вокал Натальи Левченко, по-мужски сдержанно вторил ему голос Ивана Левченко. Над Овстугом звучали тютчевские строки. Вслед за ними – Окуджава, Вознесенский и даже Малларме…

Салют осветил Тютчева, застывшего на постаменте. Лебеди на пруду не отреагировали – привыкли. Утка прокрякала трижды, и ночь музея продолжилась праздными гуляниями по парку.

 

Дмитрий Радченко, Лидия Лагутина, Елена Таранченко, Михаил Междуреченский,

Евгений Воробьёв  — специально для «Брянской улицы»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: