Январь 15 2016, 11:47

Профсоюз Трубчевского психинтерната пожаловался на директора

du2-730x410

В Трубчевском психоневрологическом интернате возник конфликт между членами независимого профсоюза и администрацией. Борцам за свои права противопоставили другой, «карманный» профсоюз, активистам насчитывают «штрафные баллы», не отпуская даже к умирающим родственникам. Профсоюз призывает к миру – возможно, в последний раз.

В марте нынешнего года в психоневрологическом интернате, расположенном в окрестностях Трубчевска, организовалась ячейка профсоюза медицинских работников «Действие». Это – независимый профсоюз, который входит в Конфедерацию Труда России, второй после Федерации независимых профсоюзов России объединение трудящихся.

Новая ячейка «Действия» появилась на областной периферии – в Трубчевском районе. Составил её младший персонал: санитары, технические рабочие.

Лариса Каничева, работник кухни в профсоюзе оказалась потому, что ей надоело быть «человеком второго сорта»:

— В интернате есть верхушка, «белые люди». Это. прежде всего, директор и его окружение. А к нам относились как к персоналу низшей категории. Любимой поговорка Василия Васильевича (директора интерната) «Не хочешь работать – иди за ворота. Там много таких стоят». При этом зарплату задерживали. И по начислению не все понятно. У меня в квитке «к выдаче» стоит одна сумма, а на руки получаю другую.

du

Александр Куприянов, руководитель Брянского областного отделения профсоюза «Действие» рассказал, как всё начиналось:

— Поначалу директор Василий Чернышов всерьез к нам не отнёсся. Мол, какие-то там санитарки что-то затеяли. Мы потребовали копии трудовых договоров. Нас проигнорировали. Мы обратились в прокуратуру. Администрации указали на то, что законные требования работников надо выполнять. Вот тогда и началась реальная борьба. Прежде всего, в интернате вдруг появилась организация профсоюза работников госучреждений и общественного обслуживания, который входит в Федерацию независимых профсоюзов России. Хотя, может быть, такой и раньше там формально присутствовал – однако о нем никто ничего не слышал. А теперь — лично приехала в интернат руководительница областной организации, объявила: «А вы знаете, кто в НАШЕМ профсоюзе состоит? Сам Путин». Это, конечно, впечатлило. Президента сотрудники интерната уважают. Однако не ждут, что он будет повседневно бороться за их права. У Путина хватает дел на своём уровне. И 52 человека – почти половина, из работающих в интернате – остались в «непутинском» профсоюзе.

В ответ на возросшую активность сотрудников администрация начала «закручивать гайки». Установили более жесткий контроль за явкой на работу.

du2

До места работы сотрудники интерната добираются из разных населенных пунктов. Сотрудники рассказывают, что раньше был служебный автобус – однако им пользовались те, кто работал на «ежедневке» — то есть, в основном, та же администрация. Автобус сломался, стоит «на приколе».

— Мы предложили помочь с ремонтом, или с приобретением новой техники, — рассказывает Куприянов, – чтобы пользоваться ею могли и работники с круглосуточным графиком. Никакой реакции. При этом если прежде на небольшие опоздания закрывали глаза, то нынче стали строго взыскивать. Мы не возражаем: порядок есть порядок. Но давайте тогда составим более удобный график. Предложение отклика у администрации не нашло.

Лариса Каничева говорит, что сейчас коллектив медучреждения разделили. Одним позволено многое. А за другими внимательно следят.

Санитар Тамара Сычева до сих пор вспоминает обиду:

— Однажды у меня повысилось давление 180 на 105. Отпросилась в медпункт. Директор узнал об этом, потребовал от дежурной медсестры, чтобы та написала на меня заявление. Взыскание наложили, будто я отсутствовала на рабочем месте без уважительных причин. А в это время две другие санитарки находились в столовой, участвовали в раздаче пищи, что в их обязанности не входит.

Случай, по которому «взыскали» с Ларисы Каничева — и вовсе дикий.

— У меня тяжело заболел отец. Находился при смерти. Мне позвонили – чтобы срочно приехала, отпросилась с работы. И вот, когда я пришла к директору, знаете, что он мне ответил? «А может, ты на Майдан собралась?».

Отец Каничевой умер. Чтобы отметить сорок дней, Лариса захотела взять законные отгулы. Непосредственный руководитель подписывать заявление отказалась наотрез.

— Тогда я пришла в отдел кадров, — продолжает медработник. — Оставила заявление там. А когда вернулась с сорокадневных поминок, оказалось, что мне засчитали прогулы. Мол, никакого заявления ты не оставляла.

По словам Каничевым, руководитель интерната приглашает «на расстрел» всегда по одному. Кроме заведующего, присутствуют его замы, начальник отдела кадров, другие «приближенные», иногда и секретарь. Устраивается нечто вроде товарищеского суда. Если не принимать во внимение, что «гусь свинье не товарищ»…

du1

Причем поводом к таким «воспитательным беседам» служат не только проступки и промахи по работе.

— У меня, например, допытывались: зачем ты ездила в Москву? – рассказывает Каничева – Зачем ты писала туда-то и туда-то?

Почти все начинания профсоюза администрация встречает в штыки. Однажды на стенде вывесили поздравление с Международным днем инвалида. Директор велел убрать. Мол – некорректно напоминать проживающим, что они являются инвалидами. Хотя вообще этот праздник придуман именно для таких людей.

Кое –какого эффекта руководители достигли. Численность ячейки сократилась с 52 до 27 человек. В руках у Куприянова – несколько листочков с заявлениями, написанными одним почерком. «Прошу выписать меня из профсоюза». Но оставшиеся намерены бороться до конца.

— Кто-то, например, любит носить синее, я ношу красное. Разве это преступление? – говорит Лариса Каничева.

В начале декабря 2015 в газете «Брянские Факты» была напечатана заметка за подписью Раисы Кузнецовой, старшего воспитателя отдела реабилитации Трубчевского психоинтерната.

Раиса Ивановна пишет о прекрасных условиях в этом заведении. Василия Васильевича Чернышева характеризует так: «очень добрый, отзывчивый, чуткий». Нет оснований с этим спорить. Чернышеву надо отдать должное уже за то, что он руководит здесь много лет. Финансирование не слишком щедрое, контингент сложный…

Тем более непонятно, почему отзывчивый и чуткий директор затевает внутри коллектива маленькую войну, оказывает на подчиненных давление.

Санитарки и кухонные работники не требуют ничего сверхъестественного. Состоят в «неправильном» профсоюзе? «Действие» — легальная организация, зарегистрированная в России. Не ИГИЛ какой-нибудь…

Может быть, лучше находить с профсоюзом общие интересы и достигать согласия?

Дмитрий КУСТАРЁВ

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: