Август 24 2015, 16:16

Себастьян Штоппер: «Российская историческая наука играет подчиненную роль»

shtoper

Немецкий историк, исследователь брянского партизанского движения времен Великой Отечественной Себастьян Штоппер подал на Россию в Европейский суд по правам человека. Об этом сообщило «Эхо Москвы» со ссылкой на адвоката ученого Дамира Гайнутдинова. В 2013 году Советский районный суд Брянска признал несколько постов из Живого Журнала Штоппера экстремистскими. Теперь историк боится возвращаться в Россию, опасаясь уголовного преследования.

Брянский журналист Елена Кузьменок расспросила Себастьяна Штоппера о его дальнейших планах. Разговор шел по электронной почте, поэтому приводим речь историка без исправлений и купюр.

— Себастьян, наши издания пишут, что вы пожаловались в Европейский суд на Россию. Расскажите, пожалуйста, вкратце суть ваших претензий.

— Чтобы суд был в состоянии классифицировать мои тексты, как экстремистские, привлекались к оценке эксперты, но я как автор текстов не был спрошен. Не информировался, что мои онлайн-тексты оцениваются. Не просили о объяснениях. И не поставили в известность меня о приговоре. Я не чувствую этот образ действия как правильно. Кроме того, результаты исследования также ошибочные. Тексты не экстремистские. Все же они теперь заперты, что нарушает мое право к свободному выражению мнения. Так как в России никакой суд не признавал мой протест против приговора, я должен привлекать теперь Европейский суд.

ш2

— В апреле 2014 года несколько заметок из вашего livejournal были внесены в федеральный список экстремистских материалов из-за того, что в них вы, якобы, оправдываете фашистов. Как по-вашему, почему это было на самом деле сделано? Ведь еще раньше вы были довольно обласканы в Брянске, даже награждены медалью.

— В ноябре 2013 судил Брянский суд, но только когда в апреле 2014 мои тексты блокировались и их включили в список, я узнал, что от официальной стороны против меня действуют и, конечно, сразу ответил на это . Все еще надеюсь, что это только случай, но так как протестовал в марте открыто против российской агрессии в Украине и поэтому закрытие текстов в апреле может быть политически мотивировано. Такое «преступление» в глазах официозов весит естественно тяжелее, чем прежняя заслуга.

— О чем были те публикации, которые не понравились брянским судьям? Как вы думаете, что именно им не понравилось?

— Написал о том, как партизаны убили русских пленников, как они боролись против железной дороги и снабжения Вермахта, как они напали на немецкого генерала и также в комментах хотел объяснять, как доходило до бойни в деревне Хацунь. Якобы тексты мешают процессу «формирования социокультурной идентичности» в России. На самом деле скорее им не нравится, что нашел новые документы и уточнил факты и цифры, из которых следует, что надо с менее славным акцентом исправлять историю оккупации Брянщины.

ш1

— Между тем, вы вместе с брянским краеведом Андреем Кукатовым выпустили книгу «Нелегальный Брянск» про брянское подполье. Какова ее судьба?

— Было трудно опубликовывать книгу. Но также и предложение издания затрудняется, так как несколько книжных магазинов отказываются от этого. Один из авторов является же экстремистом. Не хотят рисковать, ненужное напряжение или скандал.

— Писали, что вы провели несколько публичных акций против присоединения Крыма. Расскажите, пожалуйста, суть вашего протеста. Почему и для чего вы это сделали?

— Публично я только раз участвовал в митинге перед российском посольством в Берлине и протестовал с другими против оккупации Крыма. Онлайн напротив я высказался неоднократно против русской внешней политики. Думаю, что это необходимо, чтобы показывать, что люди не принимают, если правительственная клика ломает международное право, бесцеремонно подчиняет территории и ведет (плохо) спрятанную войну. Хотел, чтобы было ясно, что я не согласен или равнодушен. Даже если это конечно ничего не меняет, но молчать нельзя.

— Как вы вообще относитесь к истории с Крымом, что по-вашему происходит сейчас на Украине?

— Так как Путин потерял влияние на Украину после Майдана, он решил дестабилизировать соседнюю страну. Захватили Крым и инсценировался референдум. Кроме того, Россия симулирует гражданскую войну на востоке страны. Мнимые сепаратисты — это преимущественно засланные наемники. Местные едва ли принимают участие. Для серьезных боев регулярные российские войска применяются. Ломает, что не может овладеть. Для Путина политика и власть — это игра с нулевой суммой, он не полагает, что могут иметься преимущества для всех, если есть кооперация.

— Как бы вы оценили, что сейчас происходит с исторической наукой в России? На основе того, что вы видели, с чем пришлось столкнуться.

— Российская историческая наука играет подчиненную роль. Она должна служить пропагандистским целям и подпирать государство. В глазах власти она — часть усилий, воспитывать людей к послушным служителям государства. Поэтому пытается в России управлять историков.

ш3

— Вы нашли и передали Брянску множество ценнейших исторических материалов. Дневник Вали Сафроновой, бумаги партизана Виноградова. Вам не обидно после всего, что вы для нас сделали, сталкиваться с таким отношением? Что вы испытываете по поводу всей этой истории?

— Не сожалею ни о чем. Передача дневника Брянску была единственным логичным действием. Также публикация исторических документов. И дальше буду так действовать, чтобы мы лучше понимали бы историю. Если несколько человек чувствуют факты вредными для ее попыток манипуляции, я не могу брать на это внимание.

— На какой вердикт Европейского суда вы рассчитываете? Надеетесь ли еще вернуться в Россию или отношения испорчены навсегда?

— Думаю, что по меньшей мере статьи 5, 6 и 10 были нарушены. Не имелось корректного процесса, моя свобода слова ограничивалась и теперь находится под угрозой также моя свобода и безопасность. Утверждали, что я нацист, позже имелись анонимные угрозы. В Россию я в настоящем моменте больше не могу путешествовать, так как риск ареста под предлогом слишком велик. Но я думаю, что Россия снова изменится, и путинизм пройдет. Тогда историки смогут исследовать свободно. В любом случае я продолжаю тогда мою работу в Брянске.

Елена КУЗЬМЕНОК, специально для «Брянской улицы»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: