Эхо прошлого… В истории есть страницы, которые сегодня кажутся дикими и немыслимыми, но в свое время были суровой реальностью.
Одна из таких страниц – дело молодого брянского машиниста Кирилла Шешени, приговоренного к расстрелу 95 лет назад за «вредительство» на железной дороге. Об этом трагическом эпизоде, произошедшем на станции Сухиничи Западной железной дороги, сегодня, 7 февраля, напомнила Объединенная пресс-служба судов общей юрисдикции Брянской области.
В конце 20-х – начале 30-х годов прошлого века, когда страна только оправлялась от потрясений Первой мировой и Гражданской войн, промышленная техника, в том числе паровозы, была на вес золота. Любое повреждение или выход из строя оборудования воспринимались как серьезное преступление, особенно если за этим усматривался злой умысел.
Кирилл Шешеня, машинист со станции Сухиничи, дважды избегал наказания за вывод из строя паровозов, пользуясь своим высоким партийным авторитетом и крепким служебным положением. Однако третий случай, произошедший 25 ноября 1931 года, стал для него роковым. Как сообщала газета «Московская правда» (№39, 1931 год) в заметке «Вредитель на транспорте», Шешеня получил наряд на поездку на паровозе серии «Э» № 22259. Паровоз был исправен, но машинист заявил о неисправности песочницы. После ее исправления, Шешеня вновь вернулся, утверждая, что песочница не работает, и в ней был обнаружен железный болт.
Последовавшее расследование выявило, что это был не единичный случай. Шешеня уже выводил из строя два паровоза. Его положение секретаря местной партийной ячейки поначалу исключало подозрения, но третий инцидент заставил власти провести тщательное расследование. Выяснилось, что Шешеня, сын жандарма, скрыл свое происхождение при вступлении в комсомол. Укрепив свое служебное положение, он, по версии следствия, начал вести контрреволюционную агитацию и, под влиянием отца, вступил на путь прямого вредительства.
Линейный суд Западной железной дороги, рассматривавший дело в Брянске в клубе имени Ленина в рамках показательного процесса, отметил в приговоре, что на фоне «небывалого подъема рабочих транспорта» участились случаи вредительства со стороны «классово-чуждых элементов». Изначально, учитывая молодой возраст подсудимого, суд приговорил Шешеню к 10 годам лишения свободы в исправительно-трудовых лагерях.
Однако Московская транспортная прокуратура опротестовала этот приговор, настаивая на применении к осужденному высшей меры социальной защиты – расстрела. Итоговый вердикт был суров: Кирилл Шешеня был приговорен к расстрелу. Сегодня такой вид наказания в Российской Федерации запрещен, но в те времена, когда страна переживала период индустриализации и борьбы с «врагами народа», подобные приговоры были, к сожалению, не редкостью.
Эта история – печальное отражение былой эпохи, когда «вредительство» считалось одним из самых тяжких преступлений, а судебные приговоры могли быть непомерно суровыми, отвечая на вызовы времени, которое сегодня кажется нам странным и даже диким.
Фото: pastvu.com
