Апрель 26 2015, 15:43

Иногда достаточно честности

/home/b/bryanskuru/public html/core/wp content/uploads/2015/04/bryansku ru bryansku ru 7676 1024x362

По девяти архивным описям мы искали первое Брянское областное распоряжение, по которому власти стали спасать население от радиации. Пожелтевшие листы подсказали: если бы не дедушка Виноградов из брянского райцентра Новозыбкова – заговор молчания в России о чернобыльском взрыве, возможно, длился бы дольше.

След был взят только на второй день – в переписке с Президиумом верховного Совета РСФСР из Советом Министров по жалобам и обращениям граждан. Дело 1003.

Новозыбковский ветеран товарищ Виноградов Константин Дмитриевич на трёх листах письма от 19 июня 1986 года просил тов. Рыжкова и всё Правительство проявить заботу о населении «до окончания радиации» и принять меры к ней же, радиации, «которая почему-то так долго держится». Из Кремля в обком ответили кратко: рассмотреть, доложить в Правительство и сообщить автору письма.

Роковое письмо

Член КПСС, ветеран войны и труда Д. Виноградов.

Письмо в ЦК КПСС, в Совет Министров и тов. Рыжкову Н,И, лично.

«Чернобыльская трагедия коснулась не только Украины, Белоруссии, но ряда районов Брянской области. Если на Украине и Белоруссии были приняты срочные меры, то по Брянской области нет. Нескольким механизаторам выдали респираторы, когда они заканчивали пахоту и наглотали пыль.

Там срочно вывезли детей. У нас же долго решали вопрос вывоза, а некоторые мамы взяли расчёт на предприятиях и увезли своих детей, часть же осталась в г. Новозыбкове.

Если раньше не приезжали специалисты и руководители разных рангов, то сейчас почти через два месяца зачастили представители из Москвы. А что они решают, никто не знает.

Информация населения поставлена плохо, поэтому идут всякие разговоры вплоть до выселения целого города.

Ещё вопрос. Рекомендуется поливать улицы. У нас на улицах пыль, так как в Брянской области не казалось бензина для автомашин, поливающих улицы. Это речь идёт о г. Новозыбкове. Но такое положение в Гордеевском, Красногорском, Климовском и Новозыбковском районах.

Как известно, наши сельские труженики пользуются продуктами от своих личных хозяйств. Но в связи с большой радиацией им не разрешают употреблять яйца от своих кур, молоко от своих коров, а сдавать государству на переработку. Им не разрешается убивать курей, свиней и другую живность.

А чем они должны питаться? В магазине мясопродукты не продаются, на рынке тоже. Ведь труженики села обеспечивают продовольствием город. Сейчас стоит давно жаркая погода, идёт ударная борьба за корма, а на очереди – за хлеб. Требуется усиленное питание, а тут никакого.

Мы много говорим о заботе о людях. Но можно сейчас в связи с Чернобыльским событием проявить такую заботу о жителях Гордеевского, Красногорского, Климовского, Новозыбковского районов, да и г. Новозыбкова, многие труженики которого работают сейчас на полях в районах?

Думаю, Совет Министров СССР точно рассмотрит и даст указание выделить в указанные районы мясные, молочные консервы, яичный порошок и др. продукты до окончания радиации, которая почему-то долго держится, а также выделить бензин для автомашин по поливу улиц».

/home/b/bryanskuru/public html/core/wp content/uploads/2015/04/bryansku ru chernobyl

«Колёсики» закрутились

Из СПРАВКИ по письму Виноградова Д.К. в ЦК КПСС следовало, факт радиационного заражения юго-запада Брянщины установили лишь 29 апреля. Именно тогда постановлением бюро обкома КПСС создали специальную группу под председательством председателя облисполкома тов. Поручикова И.Я. Участвовали – областной штаб ГО и руководители всех основных управлений и ведомств. Такие же группы заработали в районах области.

Только вот самого «Чернобыльского распоряжения» мы в областном архиве так и не нашли. Архивисты поведали, что там, где в описи материалов 1986 года стоит гриф «секретно» — вот там-то может быть собака и зарыта. Но на то оно и «секретное»…

Тем не менее в СПРАВКЕ без всяих секретов сообщали о том, что в загрязнённых районах немедленно после взрыва открыли 14 радиологических лабораторий. Развернули дозиметрический контроль за продуктами, водой и фуражом. С 3 мая запретили употребление молока в пяти районах. Молоко направили на переработку. 70 тысячам граждан назначили йодопрофилактику. 50 тысяч человек дотошно обследовали. «Радиационных» заболеваний не обнаружили.

Организованно вывезли в санатории 456 детей. Самостоятельно выехали 1192 ребёнока до 14 лет. Школьников оставили в лагерях на вторую смену. По лагерям на тот момент «пережидали радиацию» пять с половиной тысяч детей. Была, оказывается, и разъяснительная работа, которой не заметил тов. Виноградов. В областной газете «Брянский рабочий» напечатали три статьи о том, что такое радиация и как с ней бороться. За два месяца в юго-западных районах специалисты и партийные работники прочитали 179 лекций с охватом 12 тысяч человек.

Выступали и по радио.

Хорошо повлияло письмо тов. Виноградова в Кремль и на обеспечение жителей чистыми продуктами: в июле, судя по тексту справки, Министерство торговли и Роспотребсоюз оказали весомую помощь: на третий квартал выделили 1000 тонн мясного и 10 тысяч тонн молочного. Впрочем, гражданам, по сведениям обкома, для сытости требовалось почти в два раза больше.

Другое дело, что даже дополнительное продовольствие некуда было девать – на склады забыли выделить дополнительные холодильники…

Организованно выдавали респираторы и спецодежду, организовывали «помывку людей и скота».
Что за разные специалисты ездили по заражённым районам, Константину Дмитриевичу тоже разъяснили: это был вице-президент академии медицинских наук СССР академик Ильин Л.А., директор производственно-радиологической лаборатории РСФСР тов. Петренко В. Л. Замдиректора НИИ рентгенологии тов. Щербенко О.И. и руководители Минздрава, Минторговли, Госагропрома и др.

В результате Правительство осознало что «народ не дремлет», а «тов. Виноградов был принимаемыми мерами и ответом удовлетворён».

«Колёсики» закрутились.

Из рассекреченного

В партархиве специалисты за два часа нашли нам уникальный документ. Протокол №15 заседания Брянского обкома КПСС от 30 августа 1986 года. Два грифа: «Совершенно секретно» и – «Рассекречено». На секретном бюро председательствовал тов. Войстроченко. Самый главный в области человек – Первый секретарь обкома КПСС. На историческое то заседание прибыл заместитель председателя Совета Министров РСФСР тов. Трубилин и главный радиолог России из Минздрава профессор Зубовский.

Речь шла о ходе выполнения постановлений Совета Министров РСФСР от1 августа 1986 года, бюро обкома КПСС и облисполкома от 7. 08. 86. «О мерах по ликвидации последствий радиоактивного загрязнения отдельных районов Брянской области».

Постановления эти были приняты, как следует из текста протокола, на основании выводов Правительственной комиссии. Комиссия работала в области с 25 по 28 июля, а через три дня и родилось вышеупомянутое Постановление Совмина.

Через месяц, 30 августа Бюро обкома рапортовало о целом комплексе «античернобыльских» мероприятий на основании августовских Постановлений.

Наконец завезли холодильники в сельмаги, ударно приялись строить 27 столовых на 50 посадочных мест каждая, все 280 тысяч населения пяти «грязных» районов перевели на снабжение «чистыми» продуктами, причём «фонды полностью удовлетворили потребности». Затеяли передвижные автомагазины. Задействовали почти тысячу медработников (причём половину набрали из других областей) для диспансеризации населения – обследовали 42 тысячи человек. И – о счастье! – опять ничего страшного не обнаружили. Защитили более четырёх тысяч колодцев. Настроили новых бань и душевых. Водопровод, асфальт, сотня новых квартир, новые автобусы – не было бы счастья…
Да ещё наказали троих районных начальников, которые всё это делали «недостаточными темпами». Ну и выпустили 150 тысяч памяток о том, как жить при радиации.

Но вот вопрос: о каких тогда мероприятиях ДО 30 августа докладывала в Совмин рабочая группа под руководством председателя облисполкома, по каким распоряжениям работали?

Все разъяснения у тогдашнего Первого – Анатоля Фомича Войстроченко:

— О Чернобыле во всеуслышание впервые сказал Горбачёв 9 мая 1986 года в телевизионном выступлении. Мол, произошла авария на Чернобыльской АЭС, затронула Украину и Белоруссию. Михаил Сергеевич дал высокую оценку партийным органам Украины и Белоруссии. О России, о Брянщине – ни слова. Люди черпали информацию из сообщений Украинского и Белорусского радио.

А рабочая группа под председательством Ивана Яковлевича Поручикова действительно возникла 29 августа – по звонку. По Правительственной связи позвонил Виталий Иванович Воротников, председатель Верховного Совета РСФСР. Сказал, что по «российскому чернобылю» создана Правительственная комиссия под руководством Николая Ивановича Рыжкова. Надо создать и нам, выехать в загрязнённые районы, изучить проблему, разработать меры безопасности, запретить народу «грязные» продукты и обеспечить «чистыми», подготовить список населённых пунктов для переселения. Мы делали, что могли (см. СПРАВКУ – прим. ред.). Вплоть до 1 августа всё делали силами области: урезали фонды, перераспределяли средства… В список для переселения на основе замеров и мнений специалистов предложили 15 населённых пунктов. Правительство приняло из них четыре – причём утвердили те из них, где меньше всего оставалось людей…

В конце июля наконец приехала Правительственная комиссия, а 1 августа и возникло то Постановление, по которому наконец пошла помощь – централизованно и конкретно.

Так новозыбковский пенсионер товарищ Виноградов открыл Чернобыльскую тему.

Тогдашние руководители, часть из которых в политике и поныне, например Михаил Подобедов, депутат облдумы и председатель Контрольно-счётной палаты, очень хорошо помнят неугомонного ветерана, которому «до всего было дело». Он регулярно отсылал критические статьи в местную газету, в «Брянский рабочий». Вечно кого-то «разоблачал», за кого-то просил, чего-то требовал. Ветеран Великой Отечественной условностей не понимал и не принимал: главным требованием было – соответствие слов действительности. Особенно, если это касалось руководящих лиц. Особенно в чрезвычайных ситуациях.

А вот Анатолий Фомич Войстроченко Виноградова совсем не помнит. Считает, что первым тревогу забил другой Новозыбковский человек – Иосиф Наумович Каплун, на тот момент начальник санэпидстанции, ныне – председатель Новозыбковского совета народных депутатов.

А мы можем перечислить с десяток других смельчаков, бивших во все колокола, порой с риском, как минимум, для карьеры – да их уже и вспомнили в других газетах.

Только данные от этого не расходятся – складываются в одну школярскую, но от этого не менее важную тему для размышления: роль личности в истории. Роль есть. И личности случаются. И не всегда это — самые Главные, самые Руководящие, самые Могущественные. Иногда достаточно честности.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: